САЙТ О МАМАХ И ДЕТЯХ

Труды и дни в оценках и замечаниях

Труды и дни в оценках и замечаниях

Каждый ученик ведет дневник. Каждый учитель по нескольку раз в день привычно берет его в руки. Для чего же? Отвечает сайт газеты "1 сентября" 

Как и любая привычка, использование дневника, став обычаем, утратило первоначальный смысл. Поэтому никого не удивляет, что дневником именуется то, что, по сути, является ученическим документом наподобие гражданского паспорта, а вовсе не тетрадью для личных записей человека, который каждый день ходит в школу.

Личные записи ученика – это его личное дело. Никто не выдаст их вам по первому требованию, разве что по просьбе и с учетом добрых отношений. Однако, получив их, вы с удивлением читаете на титуле: «Дневник ученика такого-то…» Странная омонимия! Но язык не обманешь: самозванство одного из дневников очевидно.

Чей дневник?

Школьный дневник – дневник ученика, а не ребенка. Там нет и не может быть ничего личного. Нельзя в графе «Задание на дом» написать «Я болел» с тремя восклицательными знаками или «каникулы» с обводкой из цветочков. Так же нежелательно, чтобы учителя вносили на поля эмоциональные двусмысленные записи вроде: «Стрелялся на уроке» или «Не ходит в школу без уважительной причины».

Не являясь личной вещью, именно дневник характеризует ученика: там записаны предметы, которые он изучает, все домашние задания, выставлены текущие оценки – это удостоверяет подпись классного руководителя, за которой следует подпись родителей: они ознакомлены и согласны. По сути, ученик только подготавливает свой дневник к записям, которые в нем (и о нем) сделают взрослые. Гневно-красное на полях «Заполни дневник!» означает раздражение служащего по поводу отсутствия у ребенка бланка регистрации учебных событий.

Пусть ребенку удобнее записывать домашнее задание в тетради или в блокноте, а может быть, в карманном компьютере, – в дневнике он должен это продублировать. Любой взрослый в школе и дома может потребовать у него дневник и поинтересоваться: «Что вы там проходите? Какие у тебя успехи?» Дневник – документ, подтверждающий существование человека в качестве учащегося. Не случайно с введением охраны в некоторых школах на входе вместо пропусков ученики предъявляют дневники. Дневник ведет ученика. Дни, недели, месяцы и годы.

Кто читатель?

Все школьные годы ученик обслуживает свой дневник: носит, заполняет, записывает, подает, сдает. Писание изо дня в день, заглядывание туда, зависимость от выставленных и не выставленных в нем оценок – все это ощутимо сказывается на жизни ученика. Расписание обязывает. Настраивает. Организует.

Дневник говорит, что школа – это надолго и серьезно, в то же время уверяет: потерпи, видишь – будет конец дня, и конец недели, и конец четверти; обязательно наступит конец учебного года. Ученик как бы заранее проходит эту трудную дистанцию.

А еще – это ежедневное напоминание о цели пути: аттестат выглядит примерно так, как последняя страничка дневника: названия предметов и оценки, уже знакомая печать. Государство смотрит на растущего гражданина, следит за его учебой и поведением. Оно и есть главный читатель школьного дневника. Верно и обратное: дневник есть сопроводительный лист, путевка в образование, выданная государством. Должен быть зафиксирован и охарактеризован каждый день присутствия ребенка в школе, читай – в государстве. Это не дни из жизни человека, а дни обязательного образования и оценивания. Не обозначено в дневнике только воскресенье. Человеку дан день, в который он принадлежит себе. Весьма искусно и наглядно человеку с ранних лет прививается неприятная мысль: твоя собственная жизнь состоит исключительно из воскресений и каникул (отпусков). И хотя умом все давно согласились, что человек не «колесико и винтик» государственной машины, у себя в подсознании мы сидим винтиками (или колесиками, выбор роли не играет), потому что прошли через унификацию школьными дневниками.

Нельзя, но можно

Можно не вести дневник, такие смельчаки находятся. Находятся и родители, которые не отдают ребенка в школу. Никто не знает точно, сколько детей, подлежащих обучению, не учатся. Примерно несколько миллионов. (Но если государство может не заметить человека, то человек без государства обойтись не может. Принцип анархии в школе неуместен, поэтому скажем: дневник не опция, не то, чего может не быть. Не отменяя школы, нельзя отменить дневник.

Можно договориться не ставить оценки, но нельзя избежать оценивания. Можно отрицать такой дневник, какой есть сейчас, но тогда надо придумать другое средство коммуникации между школой и родителями, найти новый связующий узел. И как-то иначе скоординировать интересы ребенка и государства. Ввести другую школьную валюту.

Портфолио

Повсюду пропагандируется портфолио как эквивалент дневнику. Энтузиазм оно вызывает у тех, кто полагает, что школа существует для ребенка, его развития и процветания, для проявления личностного начала в каждом находящемся в школе человеке: «Давайте устраивать выставки детских работ, собирать достижения ученика в особую папку и предъявлять ее вместо документа об образовании!» Эту инициативу быстро уловили чиновные и торговые люди: уже определены уровни материалов для портфолио (I, II, III), и уже продается (пока дорого) специальная пластмассовая конструкция для хранения материалов разного уровня и разных форм.

Однако не надо в благородном увлечении забывать, что школа не отделена от государства и что государство, хоть оно и не живое, решает, как устроить школу. Государство не может оценивать красоту детского текста или изобретательность ребенка в решении задач. Это делают учителя. Государство считает. Штемпель с последней страницы дневника имеет отношение к уже сделанному и зафиксированному, а не к возможному и вероятному. С точки зрения государства роль учителя в том и заключается, чтобы переводить непостижимое развитие ребенка в цифровые параметры, поскольку только параметрами оно может оперировать: брать по цифрам в вуз, награждать медалями, выдавать документы государственного образца – и собирать статистику об этом. Легко понять, что, ставя оценки, учителя осуществляют нечто вроде аналого-цифрового преобразования, когда живой голос, идущий в микрофон, поступает в компьютер в виде цифр.

Такова реальность: не дело учителей и учеников думать. Первые у государства – наемные рабочие, вторые – призванные к учебной повинности. Когда мы пишем одно, а делаем другое, заполняем все формы, а сами делаем что-то интересное, мы все равно исполняем государственные функции, но обманываем себя. Да, портфолио – частное отношение к ребенку. Но если в отношении дневников ясно, кому они нужны, то с портфолио не очень. Почему школа будет собирать работы ребенка и где-то их хранить, а не родители – дома ведь уместнее? Кому нужна эта огромная папка (мешок) достижений, которую выпускник получит вместе с аттестатом? Не лучше ли возвращать детям тетради с их сочинениями, а также рефераты, поделки и прочее, а не выкидывать в конце года из кабинета пачки непроверенных тетрадей и испорченных плохим хранением фигурок, вышивок и картинок?

И далее: есть люди, склонные к собирательству, составлению архивов, а есть – сжигающие и отбрасывающие «старую кожу».

У школы и государства разные интересы. Это надо осознать и не обманываться насчет пения птицы в клетке, не считать его настоящим. А мы держим себя в состоянии умеренной глухоты. Заменить дневник на портфолио не удастся, потому что дневник – это основная форма участия государства в образовании человека. Но мы в надежде хватаемся за портфолио и еще больше увязаем в болоте несвободы, становимся слугой двух господ: государству подавай дневник, ребенку и его семье – портфолио. Умные так и говорят: «Портфолио на нашу голову!»

Нужны ли новые слова?

Множить и разнообразить формы представления результатов учебной работы – дело безответственное. Дневник должен быть дневником. Без наблюдений за ребенком педагогу никак нельзя. И ученику трудно без зеркала, отражающего его развитие. Поэтому надо серьезно подумать о настоящем дневнике школьника. Чтобы фраза «Посмотри в дневник!» не вызывала раздражения, а означала бы: вспомни, пойми. Проговори то, что тогда не мог выразить. Сравни себя с собой.

Источник